Закон обратной силы не имеет: что это значит?

Статья 54 Конституции России

1. Закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

2. Никто не может нести ответственность за деяние, которое в момент его совершения не признавалось правонарушением. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

Комментарий к Ст. 54 Конституции Российской Федерации

Обратная сила закона — это распространение его действия на правоотношения, возникшие до вступления его в силу.

Комментируемая статья запрещает обратную силу закона в отношении ответственности за правонарушения. При этом в случае смягчения или устранения ответственности обратная сила подлежит обязательному применению.

Нормы комментируемой статьи закрепляют право каждого не подвергаться преследованию за деяния, совершенные при отсутствии в законе их запрета, и не нести более суровую ответственность за правонарушение, чем предусматривалось в момент его совершения. Тем самым формулируются правила о действии устанавливающих юридическую ответственность законов во времени.

Данное установление Конституции России является по своему характеру универсальным:

  • оно адресовано всем правоприменителям при выборе нормы, подлежащей применению в каждом конкретном деле;
  • обязательно для законодателя при принятии им норм о введении закона в действие и, наконец, касается всех видов юридической ответственности.

Последнее относится к уникальным чертам российского конституционного регулирования, поскольку и международно-правовые нормы, и зарубежные конституционные тексты формулируют подобные правила лишь в связи с запретами признавать преступлением не предусмотренные уголовным законом деяния (sine crimen sine lege) и, соответственно, придавать обратную силу нормам о введении уголовной ответственности и о ее ужесточении, т.е. признают их обязательность в сфере уголовного преследования.

В системе изложенных в комментируемой норме правил базовым является тезис о недопустимости привлечения к юридической ответственности без установления в законе до совершения правонарушения как его признаков, так и конкретных мер ответственности.

Это требование охватывает, по существу, и запрет обратной силы закона, устанавливающего или усиливающего ответственность. Из него вытекает также недопустимость привлечения к ответственности на основе аналогии, т.е. в отсутствие прямого запрета конкретного правонарушения в законе.

Иное противоречило бы конституционным принципам юридической ответственности, к которым наряду с требованиями ст. 54 Конституции относятся также принципы правовой определенности и соразмерности ответственности (см. ст. 21 и ч. 3 ст. 55).

В дополнение к изложенному и расширяя международно-правовые нормы, комментируемая статья в ее ч. 2 предписывает также в случае устранения или смягчения ответственности применять новый закон и к совершенным до его принятия деяниям с тем, чтобы обеспечивалась соразмерность ответственности реальной общественной опасности правонарушения, поскольку изменена его оценка законодателем.

Под обратной силой закона понимается его применение к правоотношениям и породившим их событиям, действиям, бездействию, имевшим место до его вступления в силу.

По общему для всех отраслей права принципу закон действует в отношении будущего, с момента его вступления в силу и не имеет обратной силы, хотя возможно решение законодателя об отложенном введении закона в действие или, напротив, о распространении его действия на возникшие ранее правоотношения, что должно прямо предусматриваться в законе.

Именно данное полномочие законодателя при регулировании юридической ответственности подчиняется правилу комментируемой статьи. В этой сфере законодатель не вправе распространить действие закона, имеющего любые негативные последствия для положения субъектов права, которых он касается, на прошлое время.

Но он не обязан и повторять этот конституционный запрет при введении закона в действие, так же как не должен, вводя улучшающие положение нормы об ответственности, ссылаться на их ретроспективное применение.

Последнее обеспечивается правоприменительной практикой, исходя из прямого действия конституционной нормы на любом из предусмотренных законом этапов процесса привлечения к ответственности, а также и после вступления в силу ранее принятых правоприменительных актов, основанных на более строгом законе.

Однако при наличии сомнений в единообразном использовании или пригодности имеющихся процессуальных механизмов законодатель правомочен установить в рамках имеющихся процедур, какая из них должна применяться для обеспечения обратной силы закона, устраняющего или смягчающего ответственность, или ввести с этой целью дополнительные механизмы.

Это было, например, предусмотрено в Законе РФ “О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР”, когда законодатель ввел в порядке исключения процедуру пересмотра высшей судебной инстанцией ее собственных, окончательных решений в порядке, аналогичном судебному надзору.

В правовом государстве правомерность либо противоправность поведения гражданина, а равно его ответственность за противоправное деяние определяются действующим законом. Норма ч. 2 ст. 54 является важной правовой гарантией свободы поведения гражданина в обществе, позволяет ему совершать те или иные действия, сообразуясь лишь с действующим законом.

С изложенной конституционной нормой согласуется указание ст. 9 УК РФ о том, что преступность и наказуемость деяния определяются законом, действовавшим во время совершения этого деяния, и ст. 9 КоАП, в которой записано, что лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании законодательства, действовавшего во время и по месту совершения правонарушения.

Согласно ст. 54 Конституции закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет. Такой закон подлежит применению лишь к тем правонарушениям, которые совершены после его издания, и не распространяется на деяния, имевшие место до его принятия. Аналогичные указания содержатся в УК и КоАП.

На принципах гуманизма и справедливости основывается и положение ч. 2 ст. 54 о том, что, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

Такой закон имеет обратную силу. В ст. 10 УК соответствующая норма выражена следующим образом: уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Аналогичное указание содержится и в ст. 9 КоАП.

Следовательно, если лицо совершило деяние во время действия прежнего закона, которым оно признавалось правонарушением, но новым законом ответственность за это деяние устранена, такое лицо не может быть привлечено к ответственности. Это деяние не считается больше правонарушением.

Если же лицо уже привлечено к ответственности по прежнему закону, оно в соответствии с новым законом подлежит освобождению от назначенной ему меры наказания.

В том случае, когда лицо несет ответственность за правонарушение по прежнему, более строгому закону, ему в соответствии с новым, более мягким законом назначенная мера ответственности должна быть уменьшена до пределов, указанных в новом законе.

Под смягчением ответственности, о котором говорится в ст. 54, понимается изменение строгости вида наказания (например, вместо уголовной установлена административная ответственность), либо уменьшение размера взыскания, либо облегчение условий отбывания наказания, либо иное улучшение положения лица, привлеченного к ответственности.

Различаются следующие виды правонарушений: дисциплинарные проступки, административные правонарушения или проступки, уголовные преступления, которые регламентирует Уголовный Кодекс РФ, и гражданско-правовые нарушения, отраженные в гражданском законодательстве .

За эти правонарушения соответственно установлена дисциплинарная, административная, гражданско-правовая и уголовная ответственность. Предусматриваются эти виды ответственности соответствующим специальным законодательством (трудовым, административным, гражданским, уголовным и т.д.).

Положения ст. 54 распространяются на все указанные виды правонарушений и отрасли законодательства.

Под законом в ст. 54 понимается любой закон, предусматривающий ответственность граждан за правонарушения, независимо от того, является ли он федеральным законом или законом, принятым субъектом Российской Федерации, кодексом, отдельным законом или законом об изменении или дополнении действующего закона и т.д.

Ответственность за определенные правонарушения может предусматриваться в постановлениях Правительства России, различных нормативных правовых актах, издаваемых органами исполнительной власти.

В силу верховенства Конституции положения ст. 54 распространяются на все нормативные правовые акты, которые должны издаваться и применяться в строгом соответствии с этими положениями.

Статья 54 имеет прямое действие. Ее нормы подлежат применению и в тех случаях, когда в том или ином законе или нормативном правовом акте они не нашли соответствующего отражения.

Правовое регулирование различных видов ответственности за правонарушения имеет свои специфические особенности. Это предполагает не только возможность, но и необходимость, целесообразность установления в отраслевых законах правовых норм, соответствующих положениям ст. 54, которые бы развивали и дополняли эти положения, определяли условия и порядок их применения с учетом специфики данного вида ответственности.

Такие нормы могут быть предусмотрены не только в уголовном и административном законодательстве, но и в других отраслях права.

В ст. 4 ГК определены пределы действия во времени гражданского законодательства. Установлено, что акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие.

Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со ст. 422 ГК. Из текста ст. 4 можно сделать вывод, что в ней определяются пределы действия во времени гражданского законодательства, регулирующего и правоотношения, не связанные с ответственностью за правонарушения.

В этой связи представляет также интерес норма ст. 57 Конституции о том, что законы, устанавливающие новые налоги или ухудшающие положение налогоплательщиков, обратной силы не имеют.

Все это дает основание сделать вывод о возможном и целесообразном расширении в будущем конституционных положений о действии законов во времени, с тем чтобы ими охватывались любые законы, а не только определяющие ответственность за правонарушения.

Статья 4 ГК РФ. Действие гражданского законодательства во времени

1. Акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

2. По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

Комментарии к ст. 4 ГК РФ

1. В п. 1 статьи выражен общепринятый правовой принцип, согласно которому акты гражданского законодательства применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Данный принцип имеет общеправовое значение, и слова “акты гражданского законодательства” должны пониматься в широком смысле и включать акты всех органов государства и все разновидности гражданско-правовых норм.

2. Введение в действие законов Российской Федерации определено Федеральным законом от 14 июня 1994 г. “О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания” (СЗ РФ. 1994. N 8. Ст. 801). Названные акты вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении 10 дней после дня их официального опубликования, если в них не установлен другой порядок (ст. 6), например названа определенная дата введения в действие. Официальным опубликованием считается первая публикация полного текста акта в “Российской газете” или СЗ РФ.

3. Введение в действие актов Президента РФ, Правительства РФ и федеральных органов исполнительной власти определено Указом Президента РФ от 23 мая 1996 г. N 763 “О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти” (СЗ РФ. 1996. N 22. Ст. 2663).

Согласно названному Указу акты Президента РФ, имеющие нормативный характер, вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении 7 дней после дня их первого официального опубликования (п. 5). Акты Правительства РФ, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, устанавливающие правовой статус федеральных органов исполнительной власти, а также организаций, вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации также по истечении 7 дней после дня их первого официального опубликования, а иные акты Правительства РФ – со дня их подписания (п. 6). В актах Президента РФ и Правительства РФ может быть установлен другой порядок вступления их в силу. Официальным опубликованием таких актов считается их публикация в “Российской газете” или СЗ РФ.

4. В условиях формирования в Российской Федерации нового гражданского законодательства иногда используется особая формула определения времени действия законов и указов Президента РФ. Согласно примечанию к гл. 17 “Право собственности и другие вещные права на землю” данная глава вступает в силу со дня введения в действие Земельного кодекса. В силу п. 21 Указа Президента РФ от 24 декабря 1993 г. о доверительной собственности (трасте) он действует до вступления в силу нового ГК. Положение об организации закупки товаров, работ и услуг для государственных нужд, утв. Указом Президента от 8 апреля 1997 г. N 305, действует до вступления в силу федерального закона по этому вопросу.

5. Нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, затрагивающие права, свободы и обязанности гражданина, устанавливающие правовой статус организаций или имеющие межведомственный характер, подлежат государственной регистрации в Минюсте РФ и обязательному официальному опубликованию в газете “Российские вести” и в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, который издается с 1996 г. и выходит два раза в месяц. Этот Бюллетень распространяется также в машиночитаемом виде центром правовой информации “Система”. Нормативные акты федеральных органов вступают в силу одновременно на всей территории Российской Федерации по истечении 10 дней после их официального опубликования, если в самих актах не установлен другой порядок вступления их в силу.

Нормативные акты федеральных органов исполнительной власти, не прошедшие государственную регистрацию, а также зарегистрированные, но не опубликованные в установленном порядке, согласно п. 10 Указа Президента РФ от 23 мая 1996 г. N 763 не влекут правовых последствий как не вступившие в силу и не могут служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений и применения санкций к гражданам, а также должностным лицам и организациям за невыполнение содержащихся в них предписаний. На такие акты нельзя ссылаться при разрешении споров.

6. Особые правила предусмотрены в ст. 6 Закона о ЦБ РФ согласно которой его нормативные акты вступают в силу со дня их официального опубликования в “Вестнике Банка России”, за исключением случаев, установленных Советом директоров. В Минюсте РФ регистрируются нормативные акты Банка России, непосредственно затрагивающие права, свободы или обязанности граждан.

7. Согласно ранее сложившейся практике некоторые нормативные правовые акты федеральных органов исполнительной власти, затрагивающие права и обязанности граждан или имеющие межведомственный характер, публикуются в специализированных отраслевых изданиях соответствующих федеральных органов. Так, правила перевозки грузов и пассажиров на железных дорогах публикуются в Сборнике правил перевозок и тарифов железнодорожного транспорта.

8. Наряду с официальными источниками публикации актов гражданского законодательства имеются газеты и журналы, регулярно публикующие такие акты: газета “Финансовая Россия”, “Финансовая газета”, журналы “Законодательство”, “Нормативные акты для бухгалтера” и др.

9. Правило абз. 2 п. 1 ст. 4 ГК о допустимости распространения закона на отношения, возникшие до его введения в действие, является специальной нормой, не подлежит расширительному толкованию, и термин “закон” должен пониматься в узком смысле, т.е. как акт, принятый Государственной Думой.

Случаи, когда нормы ГК распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие, названы в ст. ст. 9, 11 Вводного закона (см. коммент. к ним), а также в ст. ст. 11 и 12 Вводного закона к ч. 2 ГК.

10. В п. 2 статьи предусмотрено применение актов гражданского законодательства к правам и обязанностям по ранее существовавшим отношениям, если такие права и обязанности возникают после введения данного акта в действие. При применении этого справедливого и целесообразного правила следует учитывать, что оно относится к вновь возникающим правам и обязанностям сторон, но не к случаям, когда правовое существо определенного института новым законодательством изменяется.

11. В изъятие из сказанного в п. 10 комментария к отношениям сторон по договору применяются специальные правила, установленные ст. 422 ГК и не допускающие по общему правилу применение к договорным правам и обязанностям, возникшим после принятия нового закона, положений этого нового закона (см. коммент. к ст. 422 ГК). Договорные отношения сторон должны строиться так, как они были определены участниками договора при его заключении, независимо от последующих законодательных новелл. Исключения должны быть прямо предусмотрены в законе.

12. В ст. 4 ГК и в названных в п. 2 настоящего комментария Законе от 14 июня 1994 г. и в п. 3 Указа от 23 мая 1996 г. N 763 нет правил о том, в какой момент акты гражданского законодательства прекращают свое действие. Согласно сложившейся законодательной практике при введении в действие нового акта принято называть в его заключительной части или в приложении к нему перечень ранее изданных и отменяемых правовых норм. Иногда дается поручение Правительству РФ подготовить перечень отменяемых в связи с принятием нового закона нормативных актов.

Однако эти целесообразные правила соблюдаются не всегда, и в составе законодательства Российской Федерации имеются акты и нормы, фактически утратившие силу (ФУСы) вследствие принятия нового законодательства, но официально не отмененные. В такой ситуации для определения правовой силы ранее изданных актов необходимо их историческое, систематическое и логическое толкование, с учетом в первую очередь общепринятой формулы, согласно которой последующий закон отменяет ранее изданный, а специальные нормы отменяют нормы общего характера.

Прокурор разъясняет – Прокуратура Ненецкого автономного округа

Согласно общему принципу действия уголовного закона, который закреплен в статье 9 Уголовного кодекса Российской Федерации, преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, который действует во время совершения преступления.

Вместе с тем, статьей 10 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрено, если новый закон, принятый после совершения преступления, улучшает положение виновного лица, совершившего преступление, такой закон имеет обратную силу.

Уголовный закон имеет обратную силу в следующих случаях:

– если он устраняет преступность деяния, то есть отменяет уголовную ответственность;

– если он смягчает наказание, то есть в санкции статьи вид наказания заменяется на более мягкий, либо снижается минимальный и (или) максимальный размер наказания, либо вводится более мягкий вид наказания, либо исключается дополнительное наказание, либо снижается размер дополнительного наказания;

– если закон иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.

Обратная сила уголовного закона распространяется на лиц, которые совершили преступление до принятия такого закона и вступления его в силу, а также на лиц, которые уже осуждены и отбывают наказание, либо отбыли наказание, но судимость не погашена.

В первом случае, если лицо еще не осуждено, то при вынесении приговора судом к виновному применяется редакция уголовного закона, по которой предусмотрено более мягкое наказание.

Во втором случае, если более мягкий закон принят после осуждения виновного, то такое лицо вправе обратиться с ходатайством в суд по месту нахождения учреждения, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание, об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст.10 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Если новый уголовный закон смягчает наказание, которое отбывается лицом, то это наказание при пересмотре приговора в обязательном порядке подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Вместе с тем, суд вправе основыватьсвое постановление о смягчении наказания только на обстоятельствах, установленных вступившим в законную силу приговором суда, назначившего наказание, и не вправе оценивать правильность применения этим судом уголовного закона.

Положения об обратной силе уголовного закона не распространяются на лиц, в отношении которых судимость погашена или снята в установленном законом порядке.

Разъяснение подготовила старший помощник прокурора округа по взаимодействию со средствами массовой информации и общественностью Елена Казанцева

  • Вконтакте
  • LiveJournal
  • Facebook
  • Twitter

Прокуратура
Ненецкого автономного округа

Прокуратура Ненецкого автономного округа

6 октября 2021, 09:20

Обратная сила закона в уголовном праве

Согласно общему принципу действия уголовного закона, который закреплен в статье 9 Уголовного кодекса Российской Федерации, преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, который действует во время совершения преступления.

Вместе с тем, статьей 10 Уголовного кодекса Российской Федерации предусмотрено, если новый закон, принятый после совершения преступления, улучшает положение виновного лица, совершившего преступление, такой закон имеет обратную силу.

Уголовный закон имеет обратную силу в следующих случаях:

– если он устраняет преступность деяния, то есть отменяет уголовную ответственность;

– если он смягчает наказание, то есть в санкции статьи вид наказания заменяется на более мягкий, либо снижается минимальный и (или) максимальный размер наказания, либо вводится более мягкий вид наказания, либо исключается дополнительное наказание, либо снижается размер дополнительного наказания;

– если закон иным образом улучшает положение лица, совершившего преступление.

Обратная сила уголовного закона распространяется на лиц, которые совершили преступление до принятия такого закона и вступления его в силу, а также на лиц, которые уже осуждены и отбывают наказание, либо отбыли наказание, но судимость не погашена.

В первом случае, если лицо еще не осуждено, то при вынесении приговора судом к виновному применяется редакция уголовного закона, по которой предусмотрено более мягкое наказание.

Во втором случае, если более мягкий закон принят после осуждения виновного, то такое лицо вправе обратиться с ходатайством в суд по месту нахождения учреждения, исполняющего наказание, в котором осужденный отбывает наказание, об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу, в соответствии со ст.10 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Если новый уголовный закон смягчает наказание, которое отбывается лицом, то это наказание при пересмотре приговора в обязательном порядке подлежит сокращению в пределах, предусмотренных новым уголовным законом.

Вместе с тем, суд вправе основыватьсвое постановление о смягчении наказания только на обстоятельствах, установленных вступившим в законную силу приговором суда, назначившего наказание, и не вправе оценивать правильность применения этим судом уголовного закона.

Положения об обратной силе уголовного закона не распространяются на лиц, в отношении которых судимость погашена или снята в установленном законом порядке.

Разъяснение подготовила старший помощник прокурора округа по взаимодействию со средствами массовой информации и общественностью Елена Казанцева

В каких случаях закон не имеет обратной силы. Поясняем юридический термин

– У нас теперь постоянно принимаются какие-то новые законы, по новостям следить не успеваешь. А я несколько раз слышал выражение «закон обратной силы не имеет» – и стало интересно, что же это значит на практике? Например, кто-то совершил правонарушение, а закон о наказании приняли только потом – что человеку в этом случае будет?

– Действительно, «закон обратной силы не имеет» – это один из важнейших базисов отечественного законодательства. Давайте разберемся, что означает правило об обратной силе в гражданских и уголовных правоотношениях.

Обратная сила в законодательстве. Что это такое

Закон обратной силы не имеет – это устойчивое выражение, означающее, что новый закон не распространяется на правоотношения, возникшие до его принятия.

Таким образом, тот или иной законодательный акт распространяет свои правовые нормы только на правоотношения, возникшие после вступления его в силу. А что касается длящихся в этот момент правоотношений, то они должны регулироваться тем законодательным актом, который действовал на момент их начала.

Данное правило действует только в отношении законов и иных нормативных актов. Тезис об обратной силе закона не затрагивает судебную практику или постановления Пленума Верховного Суда РФ, поскольку судебные решения и постановления не являются нормативными актами.

О том, что законы не имеют обратной силы, сказано и в Конституции РФ. В статье 54 четко прописано, что если закон отягчает ответственность, то не имеет обратной силы. В той же статье устанавливается, что никто не может нести ответственность за действие, которое в момент его совершения не являлось правонарушением.

Запрет на применение обратной силы закона существует даже в международном праве – в части 2 статьи 11 Всеобщей декларации прав человека. Все государства, присоединившиеся к декларации, должны были внести соответствующие поправки в национальное законодательство, чтобы оно соответствовало международным нормам.

Да, конечно. Задним числом ведь можно как угодно законы поменять Не задумывался(лась) об этом, но если во всем мире так, значит, это справедливо Я вообще так и не понял(а), о чем идет речь

Когда закон все-таки имеет обратную силу

Выше мы разобрали общее правило для правоотношений. Но есть несколько исключений, при которых закон имеет обратную силу:

  1. В уголовном праве – имеют обратную силу законы, смягчающие наказание, декриминализирующие деяние или иным образом улучшающие положение лица, совершившего преступление (статья 10 Уголовного кодекса РФ).
  2. В административном праве – то же самое, что и в отношении уголовных преступлений, то есть, если административная ответственность за правонарушение отменяется, смягчается и т. п. (статья 1.7 Кодекса об административных правонарушениях РФ).
  3. В налоговом праве – имеют обратную силу законодательные акты, устраняющие или смягчающие ответственность за нарушение налогового законодательства или же устанавливающие дополнительные гарантии защиты прав налогоплательщиков и налоговых агентов (часть 3 статьи 5 Налогового кодекса РФ).
  4. В гражданском праве и по общему правилу – только если указание об обратной силе есть в самом тексте законодательного акта. Например: «Закон распространяет свое действия на правоотношения, возникшие до такой-то даты» (статья 4 Гражданского кодекса РФ).

Во всех остальных случаях закон обратной силы иметь не может.

⚡ Обратная сила закона в уголовном и гражданском праве

Гражданское законодательство направлено на то, чтобы обеспечить стабильность для всех участников правоотношений. Именно поэтому можно вернуться к уже упоминавшейся статье 4 Гражданского кодекса РФ – гражданские нормативно-правовые акты действуют только для отношений, возникших после принятия таких актов.

Это логично и естественно. В противном случае, могла бы возникнуть ситуация, когда, скажем, договор был заключен на определенных условиях, но затем вступил в силу закон, полностью изменяющий суть этих условий, и тем самым ситуация просто бы повернулась на сто восемьдесят градусов.

Что касается длящихся правоотношений, то, как уже говорилось, по отношению к ним действуют законы, которые были актуальны на момент возникновения (или изменения) правоотношений. Но даже если правоотношение началось до вступления в силу нового закона, то права и обязанности лиц, возникшие после, будут регулироваться уже новым законом.

В уголовном законодательстве постулат о не имеющем обратной силы законе направлен на защиту прав граждан. Нормативно-правовой акт, который ухудшает положение обвиняемого или осужденного, или который устанавливает преступность деяния, никогда не будет иметь обратной силы.

Здесь нужно помнить, что временем совершения преступления будет признано время, когда оно совершено, независимо от момента наступления последствий (статья 9 Уголовного кодекса РФ). К обвиняемому должны применяться те законодательные нормы, которые действовали на момент совершения преступления.

Поэтому независимо от того, сколько времени прошло между преступлением и его раскрытием и задержанием подозреваемого, судить человека будут по законам, которые действовали на момент совершения деяния, если в этот отрезок времени были приняты правовые нормы, усиливающие меру наказания для виновного.

Как это выглядит на практике

Например, человека осудили за преступление на 10 лет колонии общего режима. Во время отбывания наказания конкретная статья Уголовного кодекса была пересмотрена, и отныне минимальный срок наказания по ней составляет 15 лет. Но ни один суд не будет пересматривать приговор и «добавлять» человеку еще пять лет – осужденный отсидит столько, сколько указал в приговоре суд. Поскольку новая правовая норма ухудшает положение обвиняемых, то она не имеет обратной силы.

КС напомнил, как работает принцип применения обратной силы закона

Суд указал, что такой принцип может быть обеспечен лишь при условии создания надлежащего процессуального механизма, позволяющего определить в конкретном деле, в какой мере новый закон смягчает ответственность за правонарушение

По мнению одной из экспертов, обязанность применить обратную силу закона лежит на органе, принявшем постановление по делу об административном правонарушении. Другой полагает, что при обжаловании конституционности норм прежде всего следует обращать внимание на их качество. Третий считает, что в данном случае вопрос носил слишком узкий правовой характер для рассмотрения КС, учитывая то, что применение права по данному спору отнесено к компетенции других судов. Четвертый подчеркнул, что поднятая в жалобе проблема является актуальной и требующей своего разрешения, поскольку подавляющее большинство норм об административных правонарушениях являются бланкетными.

Конституционный Суд опубликовал Определение № 1675-О от 20 июля 2021 г., которым отказал в принятии к рассмотрению жалобы на п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, которому, по мнению заявителя, должна быть придана обратная сила.

Привлечение к административной ответственности

14 октября 2019 г. Межрайонная инспекция ФНС № 25 по Ростовской области проводила проверку в ООО «Расчетный центр Ростова-на-Дону». Инспекция установила, что общество не использует специальные банковские счета для приема платежей от населения за коммунальные услуги, принятые оператором по переводу денежных средств. В связи с этим 7 ноября 2019 г. инспекция вынесла постановление о привлечении общества к административной ответственности по ч. 2 ст. 15.1 КоАП «Нарушение порядка работы с денежной наличностью и порядка ведения кассовых операций, а также нарушение требований об использовании специальных банковских счетов» в виде 40 тыс. руб. штрафа.

Впоследствии «Расчетный центр Ростова-на-Дону» обратился в суд с заявлением о признании постановления незаконным и просил о его отмене. Общество отмечало, что оспариваемым постановлением нарушены его права в сфере предпринимательства и экономической деятельности, поскольку возложена обязанность по проведению операций по специальному банковскому счету, которая противоречит действующему законодательству. По мнению общества, не соответствует фактическим обстоятельствам дела и нормам законодательства вывод инспекции и суда о том, что непосредственный прием денежных средств за жилищно-коммунальные услуги, осуществляемый оператором, не свидетельствует о безналичном порядке проведения расчетов.

Суды отказали в удовлетворении требований

3 февраля 2020 г. Арбитражный суд Ростовской области отказал в удовлетворении заявленного обществом требования со ссылкой на наличие в его действиях состава вмененного ему административного правонарушения, соблюдение инспекцией порядка и срока привлечения к административной ответственности и отсутствие оснований для признания совершенного правонарушения в качестве малозначительного. Апелляционная и кассационная инстанции согласились с данными выводами.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суды исходили из сложившейся практики применения п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц в редакции, действовавшей на момент привлечения общества к административной ответственности. Суды приняли во внимание положение ч. 14 той же статьи, в силу которого платежный агент при приеме платежей обязан использовать специальный банковский счет (счета) для осуществления расчетов.

Так, суды пришли к выводу, что общество, действуя в качестве платежного агента, осуществляло операции с денежными средствами потребителей услуг путем их получения от плательщиков через операторов по переводу денежных средств и последующего перечисления на расчетный счет поставщика, минуя специальный банковский счет, что свидетельствует о наличии в его действиях объективной стороны административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 15.1 КоАП.

Использование разных редакций закона

Обратившись в Конституционный Суд, общество оспаривало конституционность п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, согласно которому по специальному банковскому счету платежного агента могут осуществляться, в частности, операции по зачислению наличных денежных средств, принятых от физических лиц непосредственно платежным агентом (оператором по приему платежей или платежным субагентом).

По мнению общества, оспариваемое законоположение фактически отменяет административную ответственность за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 15.1 КоАП, а потому оспариваемой норме должна быть придана обратная сила, как того требует ч. 2 ст. 1.7 КоАП. Однако, как указано в жалобе, правоприменительные органы с данным мнением не согласились. В связи с этим заявитель, оспаривая решения по его делу, просит признать п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц не соответствующим Конституции.

КС отказался рассматривать жалобу

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, Конституционный Суд отметил, что из представленных материалов следует, что на момент привлечения заявителя к административной ответственности действовала прежняя редакция оспариваемого пункта, в силу которой по специальному банковскому счету платежного агента могут осуществляться, в частности, операции по зачислению принятых от физических лиц наличных денежных средств.

Суд пояснил, что при рассмотрении же арбитражными судами дела о признании незаконным и отмене соответствующего постановления налогового органа заявитель в подтверждение своих доводов об отсутствии противоправности деяния ссылался на обновленную редакцию данного пункта (вступившую в силу до вынесения решения судом первой инстанции), в которой появилось уточнение лишь относительно наличных денежных средств, принятых от физических лиц непосредственно платежным агентом (оператором по приему платежей или платежным субагентом).

Ссылкой на свое Определение от 30 января 2020 г. № 82-О КС указал, что п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц направлен на обеспечение определенности правового статуса платежного агента, соблюдение баланса публичных и частных интересов. Суд подчеркнул, что данная норма вопросы административной ответственности непосредственно не регламентирует и сама по себе не может расцениваться как нарушающая в обозначенном в жалобе аспекте конституционные права заявителя.

В то же время КС напомнил, что принцип обратной силы закона, устраняющего или смягчающего ответственность за правонарушения (ст. 54, ч. 2 Конституции), влечет освобождение от установленной ранее ответственности и может быть обеспечен лишь при условии создания надлежащего процессуального механизма, позволяющего определить в конкретном деле, в какой мере новый закон смягчает ответственность за правонарушение, и соответствующим образом применить его (постановления от 20 апреля 2006 г. № 4-П; от 13 июля 2010 г. № 15-П; от 10 октября 2013 г. № 20-П и др.).

Опубликовано постановление Конституционного Суда РФ о том, что решения судебных коллегий ВС РФ по конкретному делу не могут быть основанием для пересмотра аналогичных дел

КС обратил внимание, что применительно к административной ответственности принцип обратной силы закона конкретизирован в ст. 1.7 КоАП, определяющей, что лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения. Закон, смягчающий или отменяющий административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшающий положение лица, совершившего правонарушение, имеет обратную силу, т.е. распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до вступления такого закона в силу и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено, пояснил Суд.

КС напомнил свою неоднократно выраженную позицию о том, что, устанавливая административную ответственность, законодатель в рамках имеющейся у него дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы административных правонарушений и их отдельные элементы, включая такой элемент состава административного правонарушения, как объективная сторона. Также законодатель может использовать в указанных целях бланкетный (отсылочный) способ формулирования административно-деликтных норм, что прямо вытекает из взаимосвязанных положений ст. 1.2, п. 3 ч. 1 ст. 1.3 и п. 1 ч. 1 ст. 1.3 КоАП, указал Суд.

При этом КС разъяснил, что, применяя бланкетные нормы законодательства об административных правонарушениях, компетентные субъекты (органы, должностные лица) административной юрисдикции обязаны воспринимать и толковать их в неразрывном единстве с регулятивными нормами, непосредственно закрепляющими те или иные правила, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность (постановления от 14 февраля 2013 г. № 4-П; от 16 июля 2015 г. № 22-П; Определение от 21 апреля 2005 г. № 122-О и др.).

Эксперты оценили позицию КС

Законопроект, разработанный во исполнение решения Конституционного Суда, был внесен в Думу в апреле 2018 г.

К.ю.н., доцент кафедры конституционного права Санкт-Петербургского государственного университета Анна Васильева считает необходимым выделить две основные проблемы, затронутые в анализируемом определении. Первая заключается в наличии содержательных оснований для применения обратной силы закона в производстве по делу об административном правонарушений. «В условиях, когда законодательство об административных правонарушениях относится к самым подвижным, неустойчивым в российской правовой системе, применение института обратной силы закона не является каким-либо редким случаем», – указала она.

Эксперт отметила, что некоторая сложность данного дела состоит в том, что применялся бланкетный состав административного правонарушения: правило поведения, охраняемое ч. 2 ст. 15.1 КоАП РФ, содержалось в ином федеральном законе, который претерпел изменения, пока дело об административном правонарушении проходило различные стадии. При этом сама охранительная норма ч. 2 ст. 15.1 КоАП РФ осталась внешне неизменной, подчеркнула Анна Васильева.

Вторая проблема в рассматриваемом определении, по словам Анны Васильевой, заключается в выборе способа защиты права в ситуации, когда лицо полагало, что подлежало освобождению от административной ответственности в связи с применением обратной силы закона. «Представляется ошибочной попытка лица оспорить конституционность регулятивной нормы, за несоблюдение которой лицо было привлечено к административной ответственности, поскольку проблема находится не в плоскости конституционности регулятивной нормы права, а в плоскости применения института обратной силы закона в конкретном деле», – заключила эксперт.

Директор Коллегии адвокатов «Защита» г. Чебоксары Александр Гаврилов обратил внимание, что, исходя из определения, заявитель жалобы, оспаривая конституционность п. 1 ч. 16 ст. 4 Закона о деятельности по приему платежей физических лиц, связывает это с необоснованным неприменением к ней правоприменительными органами положений ч. 2 ст. 1.7 КоАП. «Очевидно, что тезисы о неконституционности оспариваемой нормы и обоснованность применения или неприменения положений ч. 2 ст. 1.7 КоАП следует разделить. Так как они могут быть и не связаны между собой», – считает Александр Гаврилов.

Эксперт полагает, что при обжаловании конституционности норм прежде всего следует обращать внимание на их качество. В связи с чем правоприменитель может допускать неоднозначное и расширительное толкование, а следовательно, и произвольное ее применение, влекущее ограничение конституционных прав неограниченного круга лиц и ущемление публичных интересов государства, пояснил Александр Гаврилов.

По его словам, это соответствует позиции ЕСПЧ, который считает, что закон, ограничивающий права человека, должен отвечать требованию «качества закона», вытекающему из общепризнанного принципа верховенства права. Александр Гаврилов напомнил, что Конституционный Суд РФ неоднократно высказывался в своих постановлениях о критериях определенности правовой нормы (Постановление КС РФ от 15 июля 1999 г. № 11-П).

Адвокат АП Вологодской области Илья Трайнин полагает, что обращение в КС с жалобой на измененную статью этого закона было «не по адресу» – данный спор должен разрешаться в арбитражных судах и ВС РФ. «Тем не менее положение о том, что не все юридические лица могут принимать платежи от граждан, даже путем платежных поручений со счета банковской карты, на мой взгляд, в принципе не соответствует Конституции», – отметил Илья Трайнин. Вместе с тем эксперт пояснил, что в данном случае вопрос носил слишком узкий правовой характер для рассмотрения КС, учитывая то, что применение права по данному спору отнесено к компетенции других судов.

Адвокат, управляющий партнер КА «Саранов & Партнеры» Алексей Саранов отметил, что КС обоснованно напомнил о конституционном принципе обратной силы закона, устраняющего или смягчающего ответственность за правонарушения, и еще раз подчеркнул обязанность компетентных органов и должностных лиц при применении бланкетных норм законодательства об административных правонарушениях.

По мнению эксперта, заявителю целесообразно было обратить внимание Конституционного Суда на другой аспект, связанный с недостаточной правовой определенностью содержания ст. 1.7 КоАП РФ в части отсутствия в ней регламентации особенностей применения бланкетных норм законодательства об административных правонарушениях. «Эта проблема является актуальной и требующей своего разрешения, поскольку подавляющее большинство норм об административных правонарушениях являются бланкетными, причем отсылающими для определения содержания элементов состава того или иного правонарушения к положениям не только других законов, но и подзаконных актов, внесение изменений в которые также может существенно влиять на границы административной ответственности», – резюмировал Алексей Саранов.

КС дал новое толкование нормам об обратной силе законов

Конституционный суд РФ дал разъяснение по поводу того, как определять размер штрафа в период вступления в силу закона, смягчающего наказание за правонарушение. Поводом для проверки конституционности ряда законодательных норм стали запрос Арбитражного суда Москвы и жалоба ООО «Проект» из Псковской области. Дело было рассмотрено в заседании без проведения слушания.

Заявители обратились в КС с вопросом о конституционности ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 24 июля 2009 г. № 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования» и ст. 20 Федерального закона от 3 июля 2016 года № 250-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) РФ в связи с принятием Федерального закона «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса РФ в связи с передачей налоговым органам полномочий по администрированию страховых взносов на обязательное пенсионное, социальное и медицинское страхование».

Согласно ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах, непредоставление плательщиком в установленный срок расчета по начисленным и уплаченным взносам в орган контроля влечет взыскание штрафа. Этот закон утратил силу с 1 января 2017 года в связи со вступлением в силу ФЗ №250. Согласно ст. 20 нового закона контроль за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты страховых взносов в государственные внебюджетные фонды, подлежащих уплате за периоды до 1 января 2017 года, осуществляется соответствующими органами ПФР и ФСС в порядке, действовавшем до дня вступления в силу данного закона.

В Арбитражный суд Москвы поступило дело о признании недействительным решения Главного управления Пенсионного фонда РФ № 10 по Москве и Московской области от 26 января 2017 года о привлечении плательщика страховых взносов к ответственности за непредоставление в срок расчета по начисленным и уплаченным страховым взносам в ПФР за периоды до 1 января 2017 года. Арбитражный суд установил, что указанное решение было вынесено после утраты силы закона о страховых взносах, и пришел к выводу, что подлежащая применению в данном деле ст. 20 закона № 250-ФЗ противоречит ст. 54 (ч. 2) Конституции РФ, поскольку позволяет привлекать к ответственности на основании закона, утратившего силу, при наличии в новом законодательном регулировании сходных, но не полностью аналогичных мер ответственности. В связи с этим АСГМ приостановил производство по делу и обратился с запросом в КС РФ.

ООО “Проект”, в свою очередь, 13 января 2017 года было оштрафовано Управлением ПФР в городе Пскове и Псковском районе Псковской области за непредоставление расчета по страховым взносам. Арбитражный суд Псковской области частично удовлетворил требование ООО «Проект» о признании этого решения недействительным, снизив размер штрафа с учетом смягчающих обстоятельств. В своем обращении в КС ООО “Проект” указало, что усматривает несоответствие норм законов Конституции, поскольку они допускают привлечение после 1 января 2017 года к ответственности на основании положения, утратившего силу, в то время как с этой даты к ним должны применяться нормы Налогового кодекса РФ, предусматривающие более мягкое наказание.

Конституционный суд, рассмотрев дело, отметил, что закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, согласно ст. 54 Конституции обратной силы не имеет. Если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон. Данные правила имеют универсальное для всех видов юридической ответственности значение и являются обязательными и для законодателя, и для правоприменительных органов, в том числе судов.

Правовая норма может применяться и после утраты силы законом, ее содержавшим, но только если предусмотренная ею ответственность мягче, чем установленная в настоящее время, и только в пределах установленного законом срока давности.

Ответственность плательщика за непредоставление расчета по страховым взносам в виде штрафа, которая была предусмотрена ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах с 1 января 2017 года, т. е. без временного разрыва, установлена п. 1 ст. 119 Налогового кодекса.

С 1 января 2017 года к таким правонарушениям, имевшим место до указанной даты, может применяться либо ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах, либо п. 1 ст. 119 НК. Выбор одного из законоположений предопределяется положениями ст. 54 Конституции.

При этом КС воздерживается от исследования вопроса о том, возможна ли конкретная правоприменительная ситуация, при которой ответственность за деяние, указанное в ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах, будет такой же или менее строгой, чем за деяние, предусмотренное п. 1 ст. 119 НК.

Ни оспариваемые заявителями законоположения, ни иные положения закона №250 не называют прямо полномочие органов ПФР, Фонда соцстрахования РФ при привлечении с 1 января 2017 года к ответственности за непредоставление расчета по страховым взносам за периоды, истекшие до 1 января 2017 года, применять п. 1 ст. 119 НК. Между тем отказ от применения данного законоположения в случаях, когда оно предусматривает меньший размер штрафа, чем ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах, создавал бы условия для нарушения требований Конституции. Кроме того, как неоднократно указывал КС, цели одной только рациональной организации деятельности органов власти не могут служить основанием для ограничения прав и свобод, а потому тот факт, что применение норм НК относится к компетенции налоговых органов, не может в сложившейся ситуации рассматриваться как препятствие для их применения органами ПФР и ФСС, если это обусловлено прямым действием ст. 54 (ч. 2) Конституции.

В результате КС определил, что оспариваемые нормы не противоречат Конституции, поскольку по своему смыслу предполагают, что применение положения ч. 1 ст. 46 закона о страховых взносах с 1 января 2017 года к деяниям, совершенным до этой даты, допустимо только в том случае, если в системе действующего правового регулирования с учетом фактических обстоятельств конкретного дела исчисленный размер штрафа меньше или равен размеру штрафа, исчисленному в соответствии с п. 1 ст. 119 НК. В иных случаях применению подлежит п. 1 ст. 119 НК.

Конституционно-правовой смысл положений законов, выявленный Конституционным судом в постановлении по данному делу, является общеобязательным, что исключает любое иное их истолкование в правоприменительной практике. Решения по делу ООО «Проект» подлежат пересмотру.

Ссылка на основную публикацию